smirnoff_v (smirnoff_v) wrote,
smirnoff_v
smirnoff_v

не может быть великой страна, в которой сыр распределяют

 
На одном из форумов мне встретились следующие высказывания, странные по сути, но весьма распространенные. Поскольку, подобный подход не является чем-то необычным, а скорее, в либеральных кругах тривиальным, я не буду давать ссылу.
«Да, не может быть великой страна, в которой сыр распределяют... Понимаете, не может быть».
«Супердержава. весь мир пугали, а гречневая крупа в дефиците была, за зеленным горошком душились в очередях, шпроты деликатес».
У приведенного суждения есть два аспекта. Первый, по поводу распределения.
Надо заметить, что сыр распределяют везде в мире, как, впрочем, и другие продукты. Другое дело, что системы распределения различны.
Можно обижаться на СССР за раздражающую, неудобную систему распределения, где за сыром приходилось стоять в очереди, как и за зеленым горошком.
Но из этого НИКАК нельзя сделать вывод, что производили сыра и горошка мало.
Это же очевидно.
Дефицит советского типа не имел никакого отношения к объемам производства.
Попробую «объяснить на пальцах».
На руках у населения, покупающего продовольственные товары, находится определенная сумма денег, определенный объем денежной массы (естественно за определенный период времени, но не будем усложнять). Все товары в торговле, поскольку они выражены в ценах, тоже могут быть суммированы.
Например, на руках у населения 1 млрд. рублей, и товаров в магазинах тоже на 1 млрд. рублей. В такой ситуации никакого дефицита нет. Я, конечно, упрощаю, не учитываю дифференциацию по доходам, особенности спроса и т.л., но, по сути, верно. Люди пошли в магазины, и свои деньги обменяли на товары.
Но вот представьте себе, что по каким-то причинам всем гражданам повысили зарплату. И у них на руках уже не 1 млрд., а 2 млрд.
Что в таком случае произойдет?
Если у нас рыночная экономика и цены свободные (т.е. продавец сам назначает цены), то товары попросту подорожают вдвое. Совокупная стоимость товаров будет ровняться 2 млрд. и станет полностью соответствовать денежной массе на руках у населения.
Никакого дефицита нет.
Более того! Если зарплата останется той же и на руках будет тот же 1 млрд., а в тоже время вдруг случится какой-либо кризис в производстве, например, наводнение погубит урожай, и товаров в магазинах станет вдвоем меньше, то все равно не будет дефицита. Товары просто подорожают вдвое.
Совершенно иначе сложится ситуация, если у нас, как в СССР, цены фиксированные. В этом случае, если людям поднять зарплату, и на руках у них окажется 2 млрд., половина населения окажется с деньгами и без товаров. Ибо товаров, как было, так и осталось на 1 млрд. Кто-то купит, а кому-то не достанется. Это дефицит!
Даже если в результате напряженных усилий мы произведем больше товаров, например на 20%, все равно в магазинах будут пустые полки, ибо совокупная стоимость товаров будет ровна 1 млрд. 200 тыс. рублей, а у покупателей, 2 млрд. и 800 тыс. окажутся неотоваренными.
Таким образом, важнейшей функцией власти в системе с фиксированными ценами должно быть регулирование отношения между объемами наличной денежной массы, и совокупной стоимостью товарной массы.
Мы можем признать, что на волне послесталиновского популизма необходимое соотношение постоянно нарушалось, что приводило к явлению дефицита.
Но!!! Еще раз! Этот дефицит не имел НИКАКОГО отношения к производству. И говорить, что СССР не мог обеспечить достаточного количества продуктов НЕЛЬЗЯ!
Как помнят те, кто в горбачевские временны был уже в сознательном возрасте, тотальный дефицит начался именно в эпоху Горбачева. Если до него только некоторые товары и не всегда были в дефиците, то в конце 80-х с полок магазинов пропало буквально все. А ведь фиксировался рост, а не падение производства товаров.
Дело в том, что при Горбачеве были изданы законы:«Закон о государственном предприятии (объединении)» (1987 г.) и «Закон о кооперации»  1988 г. Комсомольские "центры научно-технического творчества молодежи" (ЦНТТМ), курируемые ЦК ВЛКСМ, получили право на обналичивание безналичных денег, (безналичные деньги в СССР использовались для взаиморасчетов предприятий и не давили на потребительский рынок).  В результате наличная денежная масса резко возросла, и товары пропали с полок магазинов.
Кстати, именно поэтому я считаю, что имел место осознанный заговор, а не просто ошибки, ибо то, что я пишу, очевидно для любого человека, хотя бы немного представляющего элементарные законы экономики. И авторы названных законов не могли не знать о последствиях. Их целью было сделать ситуацию в СССР невыносимой, и сделать это так, что бы причины этой невыносимости были не понятны массам.
Народ и повелся! Ведь как же так? Тут счастье привалило, доходы людей резко выросли, только покупай, а товары как раз пропали. И вывод был предложен простой. Советская экономика не может произвести достаточно товаров.
До сих пор эта чепуха у многих в голове сидит.
 
Уверяю вас, что на Гаити, где сейчас происходят голодные бунты, прилавки магазинов полны, и сыр с зеленым горошком (если их там едят) свободно можно купить. Можно. Если денег хватит.
Так что без сомнения, согласно логике либералов Гаити великая страна, не в пример СССР, и производит достаточно продовольствия.
Соответственно, вопрос к либерально отравленным гражданам?
А если все же рассматривать реальное потребление, то расскажите пожалуйста про ваши дистрофии и рахиты от недоедания. Было такое? Цинга, зубы выпадали? Может гости приходили, а вашим родителям нечего было поставить на стол, кроме бадьи пустых щей? Или даже не такие ужасы, а просто недоедание в детстве вас преследовало?
Как я писал выше, можно ругать СССР за неудобную систему распределения, но стоило бы задуматься и понять, откуда она взялась.
С одной стороны и популизм властей, но с другой нечто, неизмеримо более важное.
СССР был, по сути, страной не победившего марксизма (от марксизма он взял фразеологию), а осуществленной крестьянской утопией. Акцент на слове «крестьянской».
Это горожанин сытого общества, , который с детства, почти наверняка никогда не голодал серьезно (я говорю о настоящем голоде, а не о том, что забыл перехватить после школы) может смеяться. Гы-гы-гы, шпроты, понимаешь, дефицит.
Но ведь обратной стороной этих очередей была всеобщая доступность. Как сказал бы крестьянин, «не баре, постоят», зато у каждого хватит денег купить.
Обратной стороной ненавистных вам очередей были столовки, где, практически в каждой, было копеечное блюдо, типа молочный суп, который стоил пятак, да без пятака налили бы бесплатно, вместе с бесплатным хлебом.
Это общество с очередями, но где НАВЕРНЯКА не было голодных.
Да! Я согласен, что для нашего поколения со шпротами страх голода был уже чужд, а очереди раздражали. Но понимать надо.
Ведь разрешить проблему было не трудно. Решения предлагались. Например, не 20% строящегося жилья продавать как кооперативное, а хотя бы 50%. Много денег можно было бы изъять из оборота. Часть автомобилей продавать через аукционы, а не по очереди. Открыть магазины а-ля Березка, за рубли, но по высоким ценам. И продовольственные такие же, где 50 сортов колбасы и т.д. Но дорого.
Но люди, стоящие у власти, старики с крестьянской психологией на это не шли. В КРЕСТЬЯНСКОЙ утопии это НЕСПРАВЕДЛИВО.
И второй аспект.
О величии государства. Тут ведь всегда встает дихотомия: права человека и права народа. И вопрос, насколько можно манкировать одним в пользу другого, очень сложен и неоднозначен.
Для меня, например, бытие моего народа, это форма бессмертия. Внуки и правнуки мои будут именно моими не столько потому, что они, в конечном счете, от семени моего, сколько потому, что они буду разделять нечто сущностное, присущее и мне, что достигается принадлежностью и меня и моих правнуков к одному русскому народу.
А коли и будут они жить себе, но не будет народа, или будут жить в эмиграции какой, станут, например, американцами, значит будут они мне чужие и я умру окончательно.
Так вот. Каким бы ни был СССР, существование и будущее русского народа он твердо гарантировал, пока существовал. А вот сегодня никаких гарантий этого будущего нет.
И напоследок, приведу стихотворение Светланы Сырневой - "Прописи"
Помню: осень стоит неминучая,
Восемь лет мне, и за руку - мама:
"Наша Родина - самая лучшая
И богатая самая".

В пеших далях - деревья корявые,
Дождь то в щеку, то в спину,
И в мои сапожонки дырявые
Заливается глина.

Образ детства навеки -
Как мы ходим в село на болоте.
Вон и церковь с разрушенным верхом
Вся в грачином помёте.

Лавка низкая керосинная
На минуту укроет от ветра.
"Наша Родина самая сильная,
Наша Родина самая светлая".

Нас возьмёт грузовик попутный,
По дороге ползущий юзом,
И опустится небо мутное
К нам в дощатый гремучий кузов.

И споет во все хилые ребра
Октябрятский мой класс бритолобый:
"Наша Родина самая вольная,
Наша Родина самая добрая".

Из чего я росла-прозревала,
Что сквозь сон розовело?
Скажут: обворовала
Безрассудная вера.

Ты горька, как осина,
Но превыше и лести, и срама -
Моя Родина самая сильная
И богатая самая.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 24 comments